Рубрики
История

Щербаков С.Н. Тактика царского правительства при подавлении башкирского восстания (1662–1664) и восстания С.Т. Разина в 1670–1671 гг.

Щербаков Сергей Николаевич,
кандидат исторических наук,
методист
ГБОУ ГМЦ ДОгМ,
scherbakowsn@mosmetod.ru

 

В июле 1662 г. началось восстание местного населения в Башкирии. Оно было вызвано произволом и насилием царских воевод, систематическим незаконным конфискациям ими земель местной знати для собственного обогащения и безжалостным выколачиванием с местного населения ясака. По указу царя от 2 октября 1663 г. князь Юрий Алексеевич Долгоруков возглавил приказ Казанского дворца, в подчинение которого находились Казань, Астрахань и все уезды, расположенные по Средней и Нижней Волге, а также Башкирия. Назначение Ю.А. Долгорукова главой Казанского приказа можно объяснить в первую очередь сложностью обстановки: летом и осенью 1663 г. башкиры, манси и сибирские татары нанесли ряд тяжёлых поражений войскам полковника Д. Полуэктова, выступившего для подавления восстания по Сибирской дороге из Тобольска. Мятежные башкирские феодалы установили связь с царевичем Кучуком, правнуком знаменитого Кучума и другими его потомками, которые в то время кочевали к востоку от Башкирии. Башкиры Казанской и Ногайской дорог обратились за помощью к калмыцким тайшам Дайчину и Аюке. Местные воеводы были не в состоянии своими силами подавить это выступление, которое на первых порах возглавил башкирский феодал Сары Мерген. Энергичный полководец Ю.А. Долгоруков, имевший к тому времени огромный боевой опыт, став главой Казанского приказа принял незамедлительные меры по ликвидации восстания. Первым делом князь Ю.А. Долгоруков собрал материалы обо всех мятежных уездах и в октябре 1663 – феврале 1664 гг. послал сильное подкрепление полковнику Д. Полуэктову. С назначением Долгорукова главой Казанского приказа очень резко изменилась тактика правительственных войск, участвовавших в подавлениивосстания. Если раньше отряды царских воевод двигались по дорогам в поисках отрядов восставших, и только обнаружив их, вступали с ними в бой – то теперь воеводы Долгорукова заранее выясняли место жительства главарей повстанческих отрядов и их сёла подвергали полному уничтожению, совершая карательные погромы превосходящими силами. Полководец Ю.А. Долгоруков научился смягчать враждебность  местного населения  ещё в период войны с Речью Посполитой, когда действовал под началом знаменитого воеводы князя А.Н. Трубецкого. Теперь в Башкирии, как и в 1655 г. в Литве и Белоруссии, селения мятежников сжигали, руководителей повстанцев — казнили. Но, к основной массе башкир, манси и калмыков, добровольно повинившимся и давшим клятву в верности государю «на шерти», каратели Ю.А. Долгорукова в одночасье сменяли гнев на милость. Дальновидный государственный деятель Ю. А. Долгоруков понимал, что без прощения и царской милости повальной жестокостью усмирить восстание и достигнуть спокойствия там не возможно. Поэтому вовлеченное в восстание население, как только к ним приезжали с мирными предложениями воеводские представители, через своих выборных стремилось отойти от мятежа и заверить российскую администрацию в своей лояльности к воеводской власти и покорности царю. Всех рядовых участников восстания, принесших повинную, каратели Долгорукова прощали на месте, казнив только зачинщиков и тех, кто «не винился». Долгоруков умело применял такие формы и методы управления, как «разделяй и властвуй», используя противоречия внутри местной знати, ведя с ними тайные переговоры и задабривая подарками. Таким путём Ю.А. Долгорукову удалось поздней осенью 1663 г. предотвратить совместное выступление башкир Ногайской и Казанской дорог с Зауральскими татарами, руководимыми царевичем Кучуком и тем самым сорвать захват ими Уфы. Царевич Кучук вернулся в русское подданство и был помилован. В начале 1664 г. ногайские башкиры прекратили борьбу, обратившись к царю Алексею Михайловичу с челобитной о прощении. Одновременно с ними по приказанию Долгорукова к мятежникам приехали представители уфимского воеводы, который клятвенно обещал даже прощение «за подстрекательство к восстанию и участию в нем». Восстание показало недовольство рядовых башкир своей знатью и Ю.А. Долгоруков умело использовал страх башкирских старшин перед восставшими простыми людьми. При Ю.А. Долгорукове в Башкирии было выстроено несколько новых крепостей и острогов, заселенных русскими гарнизонами, таким образом, он проводил мероприятия по укреплению Закамской черты. Для обеспечения спокойствия на всех башкирских, калмыцких и ногайских дорогах и в улусах, Долгоруков стал шире использовать тактику взятия заложников (аманатов)  из богатых и влиятельных башкирских семей. Башкиры вынуждены были дать по 12 человек «аманатов» с каждой «дороги», и по 2 «аманата» – с Ицких (Тамьянской и Кипчакской) волостей. Аманатские дворы, где содержались знатные башкирские заложники, располагались в Уфе, Казани, Мензелинске, Бирске, Каракулино и других крепостях. Долгорукову потребовался ровно год для полного успокоения башкир, калмыков, манси и сибирских татар.Завершил усмирение башкир поход Д. Полуэктова в мае 1664 г.

В конце 1664 г. башкиры ицких волостей, ногайской и казанской дорог и уфимского уезда, прислали своих людей к уфимскому воеводе, для подтверждения подчинения великому государю «в вечном холопстве». Башкиры просили, чтобы их аманатов перевели из Казани и других городов «на Уфу» и чтобы воевода прислал к ним какого-нибудь уфимца «обнадежить их милостию великого государя». Воевода заверил просителей, «что великий государь, милостивый нежелатель кровей их, вины виноватых милостию награждает, если они бьют челом чистыми душами без всякого лукавства». Для подтверждения «обнадеживания» башкиры прислали в Москву своих выборных Д. Юлаева и А. Досмухаметова, которые в приказе Казанского дворца перед Ю.А. Долгоруковым и дьяками принесли шерть (клятву) на Коране — «от калмыков и ногайцев отстать, возвратиться тою же зимою в Уфимский уезд на прежние свои жилища, служить великому государю верою и правдою и отдать всех пленников и все пограбленное».

По принесении шерти, башкирские выборные были на аудиенции у великого государя, пожалованы подарками и получили «жалованную грамоту на двух листах, написанную на русском и татарском языках». Требования восставших были удовлетворены. По настоятельной просьбе башкир Ю.А. Долгоруков сменил уфимского воеводу А.М. Волконского, назначив на его место стольника Ф.И. Сомова, который был активным сторонником и участником переговорного процесса с повстанцами. Таким образом, возглавляя приказ Казанского дворца в 1663–1670 гг. боярин Ю.А. Долгоруков быстро подавил народное восстание в Башкирии (1662–1664), способствовал укреплению административных институтов государственной власти на окраинах и восстановил там законность и порядок. С началом восстания под предводительством С.Т. Разина, царь и Боярская дума поручили Ю.А. Долгорукову возглавить борьбу с мятежниками. 1 августа 1670 г. был объявлен указ, согласно которому Ю.А. Долгорукову предписывалось «быть на царской службе с полком». 2 августа царь распорядился стать под начало Ю. А. Долгорукова шести полкам московских стрельцов общей численностью в 3689 человек, кроме того стрелецкие полки были усилены пятью рейтарскими полками, а также служилыми людьми из «замосковных, заоцких, украинных и рязанских городов с белозерцами и татарами». Всем участникам похода была обещана «царская милость и жалование». «Служилых людей, которые сбегут со службы», царь приказал «казнить без пощады», а у всех не явившихся по указу на службу, отбирать поместья и вотчины. Выступление из Москвы ратных сил Ю.А. Долгорукова было назначено на 28 августа. Согласно первоначальному плану, Долгоруков с войсками должен был следовать к району Алатыря, туда же из Ряжска должен был прибыть его помощник окольничий К.О. Щербатов.

28 августа в присутствии стольников, стряпчих, дворян московских и жильцов царь «допустил к своей руке» Ю.А. Долгорукова. Все военные присутствовали на царском приеме в кольчугах и доспехах. После молебна в Успенском Соборе состоялся «отпуск» царём в район Поволжья армии Ю.А. Долгорукова. Как было принято в то время, в наказной памяти, врученной Долгорукову перед походом, предписывалось составлять «списки» дворян и служилых людей, явившихся и не явившихся по царским указам на службу и периодически отправлять «списки» в Москву для расследования причин неявки; приказывать стрельцам во время остановок «для всякого бережения» делать походные надолбы, которые служили бы  защитой против внезапных нападений восставших; организовывать круглосуточную разведку – «крепкие» охранные отряды (сторожи), «отправлять в проезжие станицы и за вестями посылать». Обо всех обнаруженных отрядах восставших, их численности, нахождении и движении, Ю.А. Долгоруков должен был лично извещать Алексея Михайловича и присылать к нему «с прямыми вестями» по человеку или по два непосредственных очевидцев событий – станичников «на заводных подводах», для быстроты их доставки в Москву. При подавлении восстания под предводительством Степана Разина правительство использовало две тактики. Одна из них была чисто военной: ликвидация очагов восстания силой оружия. Другая тактика сводилась к уговорам, разъяснительной работе и обещанию «милостей» для тех, кто раскаивался, добровольно «принеся свою вину». Эта тактика для правительства считалась наиболее выгодной, поскольку лица, раскаявшиеся и повинившиеся, как правило, оправдывали или целиком «очищали себя» в глазах властей, выдавая им на расправу восставших, вылавливая их, указывая на места их пребывания, называя их имена, рассказывая об их поступках и действиях. Многие из раскаявшихся, попутно «клятвенно» заверяли власти о непричастности к восстанию, что нередко было правдой. Разъяснительная и агитационная работа в этом направлении проводилась разными способами.

Первый способ был связан с посылкой во вражеский стан правительственных агентов, которые могли запугивать участников восстания картинами репрессивных мер, тяжкими последствиями для его участников, сведениями, иногда ложными, о превосходстве численности карателей, неверием в победу. Второй способ сводился к распространению царских грамот, в которых объявлялась «царская милость» всем тем, кто отойдет от восстания и примет участие на стороне царских войск в поимке и выдаче активных участников восстания. Такие грамоты воевода князь Ю.А. Долгоруков начал рассылать 1 октября 1670 г., то есть через пять дней после своего прибытия в Арзамас. Первоначально 60 экземпляров таких царских грамот «для обнадеживания ратных, городских и всяких чинов уездных людей» привез Долгорукову из Москвы стряпчий К. Казаков еще 29 сентября. Эти грамоты Долгоруков посылал в занятые повстанцами города и села через своих лазутчиков, а иногда и местных жителей. Наиболее раннее упоминание о повинной, принесенной карателям местными жителями относится к 30 сентября 1670 г., когда «духовенство и крестьяне сёл Арати и Шарапова вышли бить челом … с крестами и иконами» и просили пощадить своих плененных односельчан, обещая помощь отряду Ф.И. Леонтьева в поимке «воровских людей». Они клятвенно заверили Леонтьева о своей непричастности к «воровским казакам» и сообщили об их лагерях в сёлах Гагине и Панове, в 15 верстах от села Шарапова. В начале октября 1670 г. Долгоруков отправил с царскими грамотами своих агитаторов в сёла Лысково, Мурашкино, Покровское, Павлово, Вад, охваченные восстанием. Каждого из них сопровождали лазутчики  Долгорукова.  Группа В. Микитина следовала в сёла Лысково и Мурашкино, группа К. Скорняка направлялась в село Вад. Долгоруков приказал отдать там царские грамоты «жилецким всяких чинов людям» и «уговаривать их, чтобы от прелести вора и богоотступника Стеньки Разина обратились и никаких прелестных писем не слушали». Реакция на эти письма была неоднозначной. На сторону Долгорукова переходили лица из имущих слоев населения, которые лишь из страха перед ними делали вид, что сочувствуют разинцам. Лишь немногие из Мурашкина и Лыскова отошли от восстания, тайно покинув села и перейдя на сторону царских войск. Агитация давала и положительный успех. Например, 24 октября к моменту прихода отрядов Ф.И. Леонтьева и К. О. Щербатова в богатое торговое село Лысково в Нижегородском уезде, подьячий «лысковской съезжей избы В. Петровский не со многими посадскими людьми», обеспечили свою лояльность правительству поимкой 64 «изменников и воров». 26 октября Ю.А. Долгоруков послал стольника Л.Р. Ермолова и саранского попа И. Васильева «в села Покровское и Павлово с деревнями». Ермолов и Васильев, переодетые в крестьянское платье, прочтя государеву грамоту, приводили к присяге старост, целовальников, выборных крестьян в сёлах Покровское и Павлово, имея при себе «чиновную книгу», они привели их к верности в церкви и записали имена в чиновную книгу. Ю.А. Долгоруков велел «из села Павлова выбрать лучших крестьян трёх человек» и послать к себе в полки с тем, чтобы они как очевидцы рассказали о событиях, имевших место в сёлах Покровское и Павлово. Всем переходившим на сторону Долгорукова крестьянам зачитывался его приказ: «впредь не воровать, к воровству никакому не приставать, воров не укрывать; а где сведают какое воровство, про тех извещать и, имая, приводить к нам, в полки». После приведения крестьян к вере, Ю.А. Долгоруков «велел им твою, великого государя, премногую милость сказать, чтоб они впредь были во всякой верности и жили в домах своих по-прежнему и разоренья им никакого не будет». Ю.А. Долгоруков поручал наиболее надежным из крестьян идти «в иные города и сёла» или «посылать от себя, сказывать  великого государя премногую милость, чтоб и иные от злоб своих обращались».  Известно, что в восстании под предводительством С.Т. Разина принимали участие народы Поволжья. Наиболее раннее упоминание о принесении нерусскими народами повинной присяги царю относится к  30 октября 1670 г. В этот день стольник Л.Р. Ермолов в селе Покровском «привел к вере крестьян … всех, да мордву по их вере к шерти 62 человека, и … государя милостью их обнадежил и велел им жить в домах своих по-прежнему». 1 ноября в лагерь Ю.А. Долгорукова под Арзамас «пришли старосты и крестьяне разных деревень, русские люди и мордва из Терюшевской волости Нижегородского уезда и били челом … чтоб великий государь велел вины их отдать, а они впредь к воровским людям к шатости и к воровству приставать не станут». Ю.А. Долгоруков «велел старост и крестьян русских людей привести к вере в Арзамасе в церкви по чиновной книге, а мордву в … великого государя шатре по их вере к шерти». После того, как русские крестьяне и мордва были приведены к присяге на верность царю, Ю.А. Долгоруков отпустил их в свои волости по деревням и «велел им жить в своих домах по-прежнему». Победы правительственных войск, меры агитационного воздействия, приводили к постепенному угасанию восстания и веры его участников в свою победу. Пример сел Покровского и Павлова показал участникам восстания возможность через раскаяние избежать расправы, после чего население восставших сел, деревень и ряда городов начало приносить повинные. После 15 ноября Долгоруков сообщил царю о приведении к присяге на его имя всех жителей Нижегородского уезда. После взятия Кадома татарское население и мурзы, воеводами и Ю.А. Долгоруковым также «приводились здесь к клятве на верность царю по шерти», а русское православное население по старинному обычаю «целовало крест на верность царю». Жители города Темникова 4 декабря 1670 г. встречали Ю.А. Долгорукова «за две версты от города с иконами и крестами». Из города вышли все крестьяне, посадские и духовенство во главе с протопопом и били челом на имя царя и «говорили с великим плачем, что они у воровских людей были поневоле и воровские люди их разоряли». Жители города и уезда были приведены по приказу Долгорукова к «вере в соборной церкви по чиновной книге, что им впредь к воровству и ни к какой шатости не приставать». Темниковцы выдали Долгорукову «попа Саву да разных сел и деревень осьмнадцать человек, которые с ворами были вместе и против твоих Великого Государя ратных людей на бое бились и бунты многие заводили и домы грабили и многим женскаго полу чинили поругание, а иных запытали до смерти». В Красной слободе, сдавшейся без боя, Ю.А. Долгорукова встречали толпы крестьян и священники с крестами и иконами, которые били челом царю, чтобы им не быть обвиненными в содействии восставшим. Жители Красной слободы выдали на расправу Ю.А. Долгорукову 56 человек, которые «великому государю изменили и с воровскими людьми были вместе». 11 декабря 1670 г. Ю.А. Долгоруков написал в приказ Казанского дворца, что были приведены к присяге на имя царя жители Нижегородского, Арзамасского, Алатырского, Курмышского и Ядринского уездов.

Лишь благодаря полководческому искусству и гибкой политической тактике Долгорукова «всякие градские и уездные люди, видя над собою его боярина и воеводы и товарищей его и его государевых ратных людей промысл и утеснение, от измены обратились и от воровства отстали». Вчерашние мятежники «в винах своих ему великому государю добили челом: и русские к вере, а татаровя и мордва и чуваша и черемиса к шерти приведены и учали жить в домех своих по-прежнему».

Город Арзамас очевидцы тех событий называли «преддверием ада» из-за количества казненных в нем пленных восставших, число которых некоторые иностранцы, наслушавшись сплетен и слухов, определяли «в 11000 человек». Есть даже мнение некоторых историков о том, что «в одном разинском возмущении, с усмирением его, жертвы надобно считать десятками тысяч». Однако вполне можно считать, что место вблизи Арзамаса, где стоял Долгоруков «являло зрелище ужасное», а «в сообщениях иностранцев не обошлось без преувеличений». На архивных материалах, опубликованных в научной литературе, легко опровергаются эти сильно преувеличенные данные о жертвах среди мирного населения в годы подавления войсками Ю.А. Долгорукова восстания С.Т. Разина в 1670–1671 гг. Царская власть руками воеводы Ю.А. Долгорукова и подчиненных ему войск не стремилась терроризировать местное население на территориях охваченных волнениями.

В январе 1671 г. народное восстание в Поволжье было в целом подавлено благодаря энергичным действиям Ю.А. Долгорукова. После этого Долгорукова отозвали в Москву, где 29 января 1671 г. он был в Кремле «у руки … царя Алексея Михайловича в Передней палате». Согласно указу о награждениях всех «служилых людей по отечеству и по прибору», находившихся в армии Ю.А. Долгорукова, можно установить точную численность сил, направленных в Поволжье для подавления восстания под предводительством С.Т. Разина. На основании указа о награждении участников подавления восстания, автором была подсчитана общая численность войск Ю.А. Долгорукова – примерно 32700 человек. В то время, когда в Москве праздновали победу войск Ю.А. Долгорукова над участниками восстания С.Т. Разина, в газетах Франкфурта-на-Майне в конце 1671 г. сообщалось, что «между мятежником Разиным и царской армией произошло жестокое сражение, в котором царское войско было разбито и обращено в бегство, а воевода Долгоруков взят в плен и отправлен в крепость». Вот пример необъективности и предвзятого отношения к России со стороны Западной Европы. Таким образом, царь Алексей Михайлович использовал таланты Ю.А. Долгорукова как карателя при подавлении башкирского восстания (1662–1664) и восстания С.Т. Разина (1670–1671). Подавляя башкирское восстание, Ю.А. Долгоруков умело применял такие методы управления, как «разделяй и властвуй», используя противоречия внутри местной знати, ведя с ними тайные переговоры и задабривая подарками. Как дальновидный государственный деятель Ю.А. Долгоруков гибко использовал тактику наказаний и поощрений, понимая, что без прощения и царской милости будет невозможно одной лишь повальной жестокостью усмирить недовольство народа и достигнуть спокойствия. Поэтому Долгоруков широко практиковал посылку представителей воевод с мирными предложениями в мятежные селения, стремясь обнадежить принесших повинную людей милостями и прощением, казнив на месте только зачинщиков беспорядков. Ю.А. Долгоруков – сторонник сильной государственной власти, рассматривал народные восстания как антигосударственные преступления, а самих мятежников – в качестве преступников, действовавших против царя и православной веры. И, тем не менее, он, как и царь Алексей Михайлович, не мог не учитывать, что в восстании С.Т. Разина участвовали подданные российского государя. В тех ситуациях, когда предстояло встретиться с военными силами повстанцев, Ю.А. Долгорукову и его воеводам приходилось вести кровопролитные бои. Смертной казни подвергались только лица – «пущие заводчики» или захваченные в плен в бою с оружием в руках. Однако стоит подчеркнуть, что Ю.А. Долгоруков не мстил населению террором за поддержку мятежников.

Доказательством тому служит подсчитанное мной количество казненных восставших по приказу Ю.А. Долгорукова при подавлении разинского восстания: 201 человек, а также более 1072 человек казненных воеводами, то есть в целом было казнено чуть более 1273 человек. Эти данные опровергают устоявшуюся в исторической науке цифру в 11000 казненных разинцев, просочившуюся в историческую науку с легкой руки иностранцев.

Ошибочная цифра в 11000 человек, казненных только в Арзамасе, была названа голландцем Бальтазаром Койэтом, который приехал в Москву в январе 1676 г., то есть через пять лет после подавления разинского восстания и, не являясь непосредственным очевидцем событий, вероятно, назвал эту цифру со слов недоброжелателей Ю.А. Долгорукова. Поскольку в своих отписках Ю.А. Долгоруков и его воеводы сообщали точные сведения, все эти и многие другие документы опубликованы, внимательный тщательный подсчет данных опровергает цифру в 11000 казненных.

Однако, например, в учебнике «История России. 7 класс. Учеб. для общеобразоват. организаций. В 2 ч. Ч.2. / [Н.М. Арсентьев, А.А. Данилов, И.В. Курукин, А.Я. Токарева] – М.: Просвещение, 2015. – 128 с.: ил., карт. ISBN978-5-09-035898-9», авторы которого заявляют, что он создан с учетом современных научных исследований, на странице 55 написано «Масштабы расправ над разинцами были огромны. В одном Арзамасе было казнено до 11 тыс. человек. Всего было убито и замучено до 100 тыс. восставших. Таких расправ страна еще не знала». Цифру в 11000 казненных Ю.А. Долгоруковым в Арзамасе в 1670–1671 гг. следует считать ошибочной в исторической науке и впредь отказаться от ее механического перенесения в современные школьные  и вузовские учебники истории со страниц устаревших академических сборников и пособий. Таким образом, Ю.А. Долгоруков и его воеводы казнили в 1670–1671 гг. в Поволжье чуть более 1273 человек. Именно эту цифру, полученную при анализе всего комплекса опубликованных источников по восстанию С.Т. Разина необходимо включить в российские современные вузовские и школьные учебники  истории. В заключение стоит еще раз подчеркнуть, что царь Алексей Михайлович и князь Юрий Алексеевич Долгоруков при подавлении народных восстаний в Башкирии и Поволжье не стремились вести войну против своего народа и не являлись сторонниками применения массового террора к населению с целью его запугивания и порабощения, а стремились широко использовать мирные методы для воцарения спокойствия.

Список литературы:

1. История Башкортостана с древнейших времен до наших дней. Т. 1. Уфа, 2007.
2. Иностранные известия о восстании Степана Разина. Материалы и исследования. Л., 1975.
3. Крестьянская война под предводительством Степана Разина: Сб. документов. Т. 1–4. М., 1954–1976.
4. Щербаков С.Н. Юрий Алексеевич Долгоруков – российский полководец, дипломат, администратор XVII века. М., 2012.                                                                                    

Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

0

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.